В обход, еще в обход!

12 января 2007

Салихов Марсель Робертович Президент Института, Главный директор по экономическому направлению, заместитель председателя Ученого совета, кандидат экономических наук

Конфликт Белоруссии и России по поводу поставок через нефтепровод «Дружба» не оказал особенного влияния на мировой рынок и не привел к изменению текущей динамики, поскольку вес это канала доставки не так велик, а перебой оказался коротким. Но возник вопрос о возможном влиянии нашего экспорта на цены мирового рынка.

В долгосрочном плане Россия совершенно не заинтересована в сомнениях по поводу надежности своих поставок. Дополнительным аспектом этой ситуации станет, возможно, создание страховочных трубопроводов и терминалов. То, что Россия оказалась перед проблемой, что она зависит от монополизма транзитеров по нефти и газу и что России надо «уползать» в моря и океаны, в порты на Дальний Восток и строить систему, при которой она может экспортировать свои энергоресурсы независимо от транзита — это, видимо, теперь уже неизбежно. Несмотря на то, что создание избытка транспортных мощностей (при том же объеме поставок) — это огромные расходы, которых можно бы избежать.

Отметим, что 2007 год начался резким падением цен, тогда как 2006 год ознаменовался ростом цен на основные сырьевые товары, в первую очередь, нефть. Средняя цена на нефть марки Brent выросла более чем на 20% и достигала очередных максимумов. Признаки охлаждения рынка стали заметны уже во втором полугодии 2006 года. После разрешения ситуации вокруг Ирана цены упали: с 77 долларов за баррель в августе до 56 в октябре.

С начала текущего года цены понизились более чем на 10% и впервые с конца 2005 года опустились ниже психологически важной отметки в 55 долларов за баррель. Считается, что основной причиной такого резкого падения стала необычно теплая зима в России, Европе и США, что привело к сокращению спроса на нефть и нефтепродукты, нетипичного для сезона. Это подразумевает кратковременный характер текущего падения нефтяных цен. На наш взгляд, в настоящее время на рынке начинают отражаться долгосрочные факторы, связанные с высоким уровнем нефтяных цен — снижение спроса и увеличение предложения. Несколько лет высоких цен на нефть вызвали удвоение вложений в мировую нефтяную промышленность. Фактор «теплой зимы» стал лишь катализатором падения цен. Хотя ОПЕК намерена и дальше биться за сохранение текущих уровней и сокращать добычу в дальнейшем с тем, чтобы стабилизировать рынок, значительный объем запасов нефти и бензина в странах ОЭСР будет оказывать дальнейшее давление на рынок. С другой стороны, существуют естественные ограничители такого падения, связанные с продолжающимся бурным ростом экономик развивающихся стран.

Спрос на нефть традиционно тесно связан с динамикой ВВП. Высокие темпы мирового экономического роста в последние 5 лет, особенно среди развивающихся стран, привели к опережающему росту спроса на нефть. Значимым для рынка стал «китайский» фактор — стремительные темпы роста, продолжающаяся индустриализация и урбанизация, масштабные иностранные инвестиции в обрабатывающие производства привели к тому, что Китай стал одним из крупнейших в мире потребителей сырьевых товаров. За период с 2002 по 2006-й более 40% мирового прироста спроса на нефть пришло со стороны Китая.

По мере подъема постепенно начинает сказываться долгосрочная эластичность спроса на нефть по цене, которая, как казалось, не оказывала особенного влияния на рынок в 2003–2004 годах. В 2006 году темпы прироста спроса на нефть резко снизились — с 3,8% в 2005-м до 0,8%.

С начала 90-х годов основным каналом удовлетворения растущего спроса стала ОПЕК, добыча которой выросла с 24,5 млн. баррелей в сутки в 1990-м до 33,9 в 2006-м. Таким образом, за 15 лет добыча ОПЕК выросла примерно на 10 млн. баррелей в сутки, в основном, за счет сокращения резервных мощностей, которые достигали тех же 10 млн. баррелей в сутки в середине 80-х. В 2006 году мировые резервные мощности по добыче нефти составили лишь около 2% спроса — на уровне 1–2 млн. баррелей в сутки. Такое положение привело к резкому росту неопределенности и возрастанию рисковой премии в условиях спотовых рынков. Более того, даже эти имеющиеся мощности находятся в Саудовской Аравии и представляют собой тяжелую нефть, которую сложно переработать. Если учесть, что в последние 30 лет и строительство нефтеперерабатывающих заводов в мире было крайне ограничено, то неудивительно, что мировой рынок нефти столкнулся с «узкими горлышками», возникшими как только увеличился мировой экономический рост, а, следовательно, и спрос на нефть.

Растущий спрос вследствие высокого мирового экономического роста, практически нулевые темпы роста добычи в мире без ОПЕК и России, а также значительный период недоинвестирования в отрасль после этапа низких цен стали основными факторами возникновения «узких мест» в мировом нефтяном рынке. В этих условиях резко возросла чувствительность рынка к любым внешним шокам, вызванным будь то геополитическими трениями, природными катаклизмами или активизацией спекулянтов на спотовом рынке. В результате это привело как к общему росту цен, так и росту их волатильности.

Практически мир сейчас не может обойтись без добычи и экспорта из любой сколько-нибудь крупной страны ОПЕК с ежедневной добычей в 2–3 миллиона баррелей. Нефть Ближнего и Среднего Востока идет в основном в ЕС, Японию и Китай; США же обеспечиваются поставками из Ирака и Саудовской Аравии, нефтью Нигерии и Венесуэлы. Единство мирового нефтяного рынка означает, что любые нехватки в каком-либо регионе могут воздействовать на общую ситуацию на рынке. Поэтому нервозность по поводу развития ситуации в Ираке и вокруг Ирана, волнения в Нигерии, риторика между США и Венесуэлой регулярно воздействовали на цены.

Хотя специалисты по энергетике склонны рассматривать страны ОПЕК как блок, обеспечивающий огромную долю добычи нефти, и как картель, влияющий на цены. В этом рыночном подходе из виду упускается неоднородность блока и различие целей, которые страны пытаются достичь в рамках единой ценовой политики. Внутренние противоречия в нем достаточно сильны, но не в текущей ситуации высоких цен и почти полной загрузки добывающих мощностей. В частности, на Индонезию и Нигерию приходится треть миллиарда жителей с очень низкими доходами. Ни Алжир, ни Венесуэла, ни Иран или Ирак не являются богатыми странами. Нынешние цены на нефть, хотя и выглядят парадоксально высокими, дают некоторые шансы на развитие этим странам, хотя в конечном итоге все будет зависеть от мира и стабильности в регионе, а потом уже от эффективности менеджеров. Только малые страны с большими запасами и добычей нефти действительно имеют высокий уровень жизни (обычно только для граждан), привлекают внешнюю рабочую силу, обеспечивают большие регионы в соседних странах посредством денежных переводов гас-тарбайтеров (Египет, Палестина, Пакистан и другие). В любом случае для ОПЕК принципиально важно удержать цены на нефть не ниже 55 долларов за баррель.

С начала 2000 года, когда резервные мощности ОПЕК были в основным исчерпаны, началось падение добычи на Северном море, особенно важна стала роль России. С 2000 года Россия стала резко наращивать как добычу, так и экспорт после значительного падения в течение 90-х. За последние шесть лет экспорт нефти из России практически увеличился вдвое и в 2006 году достиг 6,9 млн. баррелей в сутки. Россия стала важнейшим источником предложения нефти на рынке в условиях неспособности ОПЕК резко нарастить добычу при отсутствии резервных мощностей, а также сокращения добычи в развитых странах. Так, в течение 2000–2005 годов Россия обеспечила более чем 60% прироста добычи со стран, не входящих в ОПЕК.

Хотя последнее падение цен на нефть вынудило ОПЕК уже пойти на сокращение добычи, ожидается также очередное сокращение по итогам встречи в феврале 2007 года. В это время Россия продолжает наращивать добычу и экспорт. По первым оценкам, Россия в 2006 году увеличила добычу на 2,2% — до 9,7 млн. баррелей в сутки. Экспорт при этом вырос также примерно на 2%. В этих условиях для России стало крайне невыгодным обострение конфликта с Белоруссией по поводу транзита нефти. В 2006 году Россия экспортировала около 208 млн. тонн нефти в дальнее зарубежье, из них около 80 млн. тонн транспортируется через нефтепровод «Дружба» в Германию, Чехию, Словакию и другие европейские страны. Перебои с поставками в краткосрочном плане могут пройти почти незаметно для рынка, но в долгосрочном плане Россия совершенно не заинтересована в сомнениях по поводу надежности своих поставок.

Ситуация с белорусской нефтяной трубой не изолирована. В течение всего 2006 года после предыдущего новогоднего конфликта с транзитом Комиссия ЕС, официальные органы большинства стран ЕС, эксперты и СМИ активно обсуждали избыточную зависимость от российских нефти и газа. Повод — ненадежность поставок, внезапные приостановки по неясным мотивам. Часть источников выступала за начало «немедленной борьбы за освобождение» от российской привязки. В большей степени это было свойственно СМИ, «Востоку ЕС» и голосам различных групп интересов. Немедленно ожили защитники атомного электричества, которые в ЕС были в глухой обороне целых двадцать лет, вновь пришла (слабая) надежда у угольщиков на менее мрачное будущее. Немедленно появились голоса, что «на самом деле газа нет и не будет». «Газпром» в основном отметал эти нападки простым способом: законтрактуйте наш газ, а если не поставим вовремя, то судитесь с нами. Заметим, что никаких формальных претензий по поставкам газа зимой 2006 года в Европе так и не было. Однако сложилась странная и нелогичная ситуация — практически одни и те же эксперты иногда в одной речи говорили об избыточной зависимости и о вероятной нехватке газа в России.

Ответственные голоса, особенно в Германии, говорили, что есть проблема взаимопонимания, но нет проблемы поставок. Разумеется, по объективным данным эта привязка российского энергоэкспорта к рынку ЕС не исчезнет в обозримом будущем, а скорее возрастет. «Очень важно получить гарантии, что подобная ситуация не повторится в будущем», — заявил еврокомиссар по энергетике Андрис Пибалгс. Он подчеркнул, что большой проблемой для Евросоюза стало то, что Европу не предупредили о прекращении поставок. Кроме того, правительства России и Белоруссии не объяснили причин происходящего, а также перспектив разрешения этой ситуации.

Еще летом казалось, что можно избежать строительства параллельных систем доставки нефти и газа в ЕС и из России к рынкам. Однако ЕС во многом стимулирует «обходные» системы, а несчастные случаи на транзите дают оправдание таким расходам. Проблемы с монополиями на транзит Украины и Белоруссии заставляют задуматься над тем, что от диверсификации поставок по средствам вывоза и рынкам сбыта России уйти не удастся.

Подписка на новые материалы
На вашу почту будут приходить уведомления о выходе новых материалов на сайте. Мы не передаем адреса почты третьим лицам и не спамим.
Спасибо
Спасибо, Ваша заявка принята!