«Отказ Индии от нашей нефти чреват ухудшением отношений»

Алексей Громов, главный директор по Энергетическому направлению Института энергетики и финансов дал развернутое интервью интернет-порталу «Новые известия» о возможном влиянии новых санкционных инициатив США и ЕС на российский нефтяной экспорт.

— На фоне новых санкций Запада министр нефти и природного газа Индии не исключил возможности для своей страны вернуться к старым схемам поставок топлива. Насколько это серьезно?

— Да, до 2022 года Индия большую часть своей нефти покупала у стран Персидского залива, благо, она расположена очень близко от этого региона, поэтому основными поставщиками нефти в Индию были Ирак, Саудовская Аравия, ОАЭ, Кувейт и так далее. Переключение на российскую нефть произошло благодаря тому, что мы предложили им хорошие ценовые дисконты, которые оказались выгодными для индийцев.

— И что теперь?

— Если говорить о том, сможет ли Индия полностью отказаться от российской нефти, теоретически, сможет. Но мы должны понимать, что доля российской нефти на индийском рынке велика, порядка 40%. Это много.

В теории сделать можно все, отказаться от российской нефти Индия может, но это будет сопряжено с экономическими потерями для индийской нефтянки. И второе — покупать нефть из стран Персидского залива будет дороже, в Индии это понимают. Кроме того, отказ от российской нефти чреват ухудшением отношений с Россией, не только на политическом уровне, но и на уровне того взаимодействия, которое развито в Индии в сфере индийской нефтепереработки.

Мы должны понимать, что Индия, скорее всего, найдет решение, при котором будет покупать российскую нефть. Я практически уверен, что какие-то объемы закупок нефти Индией сохранятся. Возможно, часть компаний откажутся от закупок, но какие-то объемы сохранятся.

Но, безусловно, Индия попросит за это плату у России, которая будет заключаться в виде дополнительных ценовых дисконтов. Нам все равно нужно будет договариваться с индийскими партнерами о предоставлении скидок, в чем Индия всегда была крайне заинтересована.

— Как российские власти собираются решать проблему сокращения экспорта?

— Российский заместитель министра иностранных дел Андрей Руденко заявил о том, что необходимо возобновить трехсторонний формат экономического диалога между Россией, Китаем и Индией.

Если связать воедино разные концы, то мы увидим, что разговор этот возник буквально через несколько дней после выступления Дональда Трампа. Индия и Китай являются крупнейшими покупателями российской нефти, и очевидно, что возобновление такого трехстороннего диалога по инициативе России, скорее всего, связано с решением вопросов, как потенциально будет выстраиваться нефтяное сотрудничество между этими тремя странами в случае, если угрозы Трампа в сентябре станут реальностью.

— Не окажется ли цена на Urals по китайским и индийским контрактам теми же пресловутыми 47 долларами?

— Все может быть. Сочетание этих факторов может привести к тому, что Россия будет вынуждена предлагать своим партнерам нефть по значительным скидкам, которые будут в какой-то степени сопоставимы с возможным новым уровнем ценового потолка, который предлагают европейские страны.

Мне кажется, что если отталкиваться от предположения, что США введут в действие свои санкционные угрозы в отношении России с сентября, то часть российского нефтяного экспорта все равно пострадает. Мы понимаем, что на Китай и Индию приходится 85-87% российского нефтяного экспорта сегодня, а 13-15% приходится на другие страны, включая Турцию.

Поставки в Турцию и разовые поставки в некоторые другие страны, такие как Пакистан, Бангладеш, куда мы периодически поставляем, они, испугавшись вторичных санкций США, откажутся от закупок российской нефти. Наименьшая вероятность, что этому примеру последует Китай, ну и вопрос с Индией — вопрос экономических договоренностей.

— Если рассмотреть самый худший вариант: Китай продолжает покупать российскую нефть, Индия отказывается, Турция отказывается легко. Какие есть варианты экспорта? Что будет с бюджетом?

— Это, конечно, будет неприятно для российской экономики и российского бюджета, потому что в такой ситуации экспорт российской нефти может сократиться весьма существенно. В теории возможно двукратное сокращение российского нефтяного экспорта, в случае полного отказа Индии и Турции от российской нефти. Я лично оцениваю сокращение российского нефтяного экспорта в 10-15% от уровня прошлого года. Не больше.

С точки зрения «негативного сценария», я рассматриваю вероятность такого развития событий как низкую, потому что у стран, которые решатся на такие действия, например, у Индии, будут серьезные экономические проблемы.