ГлавнаяМедиаАктуальные новостиВыйти из петли. Что ждет Россию, когда спрос на нефть и газ рухнет из-за глобального потепления

Выйти из петли. Что ждет Россию, когда спрос на нефть и газ рухнет из-за глобального потепления

18 августа 2021

Салихов Марсель Робертович Президент Института, Главный директор по экономическому направлению, к.э.н.

Марсель Салихов, Президент Института энергетики и финансов прокомментировал изданию «The Bell» перспективы декарбонизации российской экономики  

Когда начнет сокращаться глобальный спрос на нефть и газ

В условиях усиливающегося «энергетического перехода» в мире, по всей видимости, будут сильно отличаться тенденции для разных энергоресурсов. В наибольшей степени среди углеводородов, вероятно, пострадают уголь и нефть, в меньшей степени — природный газ. В наибольшей степени выиграют ВИЭ (возобновляемые источники энергии. — The Bell), если их также относить к условным «энергоресурсам».

Существует множество различных долгосрочных прогнозов развития мировой энергетики, которые указывают на разные траектории развития. Однако при всем желании невозможно построить более или менее точный прогноз, так как будущая динамика будет зависеть от тех решений по декарбонизации, которые будут приниматься в ближайшие годы в разных странах. В этом смысле структура мировой энергетики в 2040 году или 2050-м будет в большей степени определяться решениями в области регулирования, нежели исключительно рыночными механизмами. В этом заключается главная сложность прогнозирования структуры мировой энергетики через 30 лет.

Однако существует консенсус среди экспертов, что в ближайшее десятилетие будет достигнут пик спроса на нефть. Этого не произойдет в ближайшие годы, пока мировой спрос на нефть быстро восстанавливается после пандемии. Но в период 2025–2030 годов это действительно случится.

Что будет с российской экономикой

Речь идет о долгосрочных процессах, которые растянутся на десятилетия. Поэтому какого-то мгновенного отказа от топливно-энергетических ресурсов не произойдет. Однако мировой спрос на нефть может начать снижаться, это будет усиливать конкуренцию среди производителей. Постепенное расширение необходимости платы за выбросы CO2 может приводить к тому, что дисконты для производителей будут увеличиваться. То есть цена углеводородов может оставаться достаточно высокой для конечного пользователя и относительно низкой — для производителя. Разница будет связана с налогообложением, в том числе и фактическим включением, в той или иной степени, стоимости выбросов. К примеру, в ЕС в цене нефтепродуктов очень высокую долю составляют налоги. Подобная практика может постепенно распространяться на все большее количество углеродоемких продуктов.

Подобный сценарий, конечно, будет ухудшать финансовое положение производителей углеводородов. Ограничения по спросу могут также привести к тому, что экспорт в физическом выражении может стагнировать или начать снижаться, что также невыгодно для экономики. В последние годы российская экономика росла очень медленными темпами, долгосрочные темпы роста не превышали 1,5–2,0% ежегодно. При реализации негативного сценария долгосрочные темпы роста могут снизиться еще больше, и экономика будет все больше погружаться в полноценную стагнацию.

Что будет с рублем и госбюджетом

Очевидным риском для рубля в случае снижения объемов и стоимости углеводородного экспорта является снижение его стоимости. Хотя в последние годы формально связь между ценами на нефть и курсом рубля ослабла из-за действия бюджетного правила, в долгосрочном плане она остается, так как стоимость углеводородного экспорта является основным фактором, который определяет приток валюты на внутренний рынок.

Негативный сценарий развития «энергетического перехода» не означает, что у бюджета не хватит денег для выполнения своих обязательств. У бюджета есть подушка безопасности в виде ФНБ. Ближайшие несколько лет могут оказаться вполне удачными с точки зрения конъюнктуры сырьевых секторов, что приведет к увеличению ФНБ.

Более того, как мы видели в последние годы, государство всегда может повысить уровень налогообложения для того, чтобы компенсировать сокращение нефтегазовой ренты для себя. Проблема в том, что это создает отрицательную обратную связь: повышение налогов ухудшает условия ведения бизнеса, экономика стагнирует, что вынуждает идти на дальнейшее повышение налогов и т.д. Но все это означает, что будет оставаться меньше возможностей для развития и выхода из подобной петли.

Что делать России

Не думаю, что существует какой-то единственный механизм адаптации, скорее речь идет о множестве решений, которые необходимо реализовывать. С точки зрения диверсификации экономики и ухода от чрезмерной зависимости от сырьевых секторов, на мой взгляд, государство должно существенно больше вкладывать в человеческий капитал, в первую очередь в образование и здравоохранение. Новые и будущие источники экономического роста будут требовать квалифицированных и талантливых граждан. Однако это длительная перспектива — даже если сейчас увеличить расходы и повысить качество образования, то отдача от этого будет происходить через десятилетия. Но если этого не сделать, то и шансов на выход из долгосрочной стагнации не останется.

Существуют и конкретные направления в области энергетики, которые могут снизить издержки для экономики и помочь адаптироваться российской экономике. Во всем мире большой ажиотаж по поводу водородной энергетики, в ближайшие годы большое количество средств и усилий будет потрачено на ее развитие. Судя по официальным планам, в том числе и по недавно принятой Концепции развития водородной энергетики, Россия планирует стать важным производителем и экспортером на этом новом рынке.

Однако воспользоваться новыми перспективными направлениями сильно мешает усиливающаяся изолированность России. К примеру, очевидно, что основным экспортным рынком для российского водорода будет ЕС. Однако возможности экспорта зависят от европейской позиции — в какой степени водород будет признан соответствующим «зеленым требованиям». Это в том числе и политический вопрос. Поэтому, на мой взгляд, глупо рассчитывать на масштабный экспорт российского водорода при сохранении серьезных политических разногласий.

России также необходимо создавать собственный национальный рынок торговли выбросами CO2, несмотря на то что многие промышленники выступают против. Отсутствие платы за выбросы будет становиться все большим анахронизмом в условиях энергетического перехода. Возможно, также стоит заниматься развитием технологий в части улавливания и захоронения CO2 (CCUS). Потенциально компетенции нефтегазовых компаний могут быть очень полезны в этих решениях, так как зачастую старые месторождения могут использоваться для хранения CO2. Однако это тоже связано с наличием платы за выбросы.

Кто будет противостоять климатической перестройке экономики

Принято считать, что нефтегазовые компании выступают противниками климатической повестки. Однако они сталкиваются со все более растущим давлением со стороны инвесторов и ведут международный бизнес, поэтому прекрасно понимают «куда дует ветер». Я думаю, что это будет становиться все более очевидным, поэтому российская экономическая политика будет все больше становиться climate friendly. На Западе мощным аргументом для компаний является общественное мнение, однако в России граждане, судя по данным опросов, не сильно озабочены климатической повесткой. Возможно, в будущем это изменится.

Ожидать ли в России внутреннего углеродного регулирования

В июле 2021 года Европейская комиссия опубликовала проект регулирования CBAM, который подразумевает взимание платежей за выбросы и с импорта. Однако опубликованный вариант оказался гораздо «мягче», чем многие рассчитывали. В частности, пока не предполагается даже в планах, что в механизм CBAM войдут нефть и газ. Собственная российская национальная система, если будет создана, позволит уменьшить издержки для экспортеров, однако не избавит от них. Условно, если в России плата за выбросы будет составлять 5 евро за тонну, а в ЕС - 50 евро, то экспортер сможет зачесть лишь внутреннюю цену, но заплатить разницу в стоимости выброса (45 евро). В то же время собственная система торговли квотами на выбросы будет означать, что производства углеродоемких отраслей и электроэнергетики столкнутся с необходимостью платить за выбросы, а не только за ту продукцию, которая экспортируется в ЕС. Однако, как показывает опыт ЕС, адаптация подобной системы требует много времени и усилий, поэтому лучше начинать раньше
Подписка на новые материалы
На вашу почту будут приходить уведомления о выходе новых материалов на сайте. Мы не передаем адреса почты третьим лицам и не спамим.
Спасибо
Спасибо, Ваша заявка принята!