В случае высоких цен на бензин правительство может ввести запрет на экспорт топлива

Алексей Белогорьев, директор по исследованиям и развитию Института энергетики и финансов дал комментарий радиостанции «Бизнес FM» о том, нужно ли уже вводить ограничения на экспорт из России бензина и дизельного топлива для балансировки внутреннего рынка и, в чем смысл идеи Д. Трампа временно вывести из-под санкций экспорт иранской нефти в условиях войны США с Ираном:

— Россия — не США. В США мировые цены на нефть напрямую отражаются очень быстро на розничных ценах на автозаправках. В России, как и во многих других странах, львиную долю в конечной цене бензина, дизельного топлива составляют всевозможные официальные платежи, то есть налоги, сборы. Доля собственно сырья, нефти, — процентов 15. При этом в России еще действует механизм демпфера, который целенаправленно защищает внутренний рынок от резких скачков в мире. Поэтому, грубо говоря, какие бы цены, какая бы динамика цен ни была на нефть в мире, это в России напрямую не влияет на стоимость нефтепродуктов. Но в любом случае, конечно, сейчас все российские нефтяные компании повысили интерес к увеличению экспорта бензина и дизельного топлива, поскольку на многих региональных рынках сложился дефицит того и другого. Правительство за последние несколько лет уже привыкло использовать механизм ограничения экспорта. Он, прямо скажем, экономически не самый эффективный, но в какие-то моменты работает и действительно помогает.

— США могут снять санкции с иранской нефти, находящейся в море, Бессент об этом заявил. Получается, что настолько кризис усугубился?

— Кризис, конечно, тяжелый, и виной ему сам Дональд Трамп. Он явно не предполагал, что все так быстро коснется основных рынков энергоресурсов и в такой степени. Поэтому он сейчас ищет все возможности для того, чтобы как-то смягчить, как-то сдуть ценовой пузырь, который раздувается каждую неделю на рынке нефти и газа. Но разрешение на покупку иранской нефти мало что даст, потому что ее с удовольствием и без всяких разрешений покупал Китай. Вопрос — наличия этой нефти, ее доставки. То есть скорее это антикитайская мера, которая направлена на то, чтобы иранскую нефть купил не Китай, а Индия.