Снежный ком: как «Лукойл» и «Роснефть» пытаются избежать европейской национализации

Алексей Громов, главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов дал комментарий деловому изданию Forbes о возможной судьбе зарубежных активов Лукойла и Роснефти после их внесения в санкционные списки США, а также о перспективах российского нефтяного экспорта.

Исходя из буквы американских санкций, под них попадают активы, где доля «Лукойла» превышает 50%, говорит Алексей Громов.

«Но под санкции попадает и головная компания, платежи и транзакции с ней в долларах США «дочки» осуществлять не смогут, придется пересматривать участие во всех зарубежных активах», — добавляет эксперт.

«Роснефть» участвует в ряде проектов по добыче нефти и газа за пределами России, но ее доля в них меньше 50%. Крупнейший актив компании — пакет акций в 49,13% в индийской Nayara Energy.

«Индийский рынок в результате санкций будет переформатироваться, важно не только, что Nayara Energy попала под санкции. Все нефтепродукты, произведенные из российской нефти, с января 2026 года не будет принимать ЕС», — отмечает Громов.

Nayara придется реализовывать их либо на рынке Индии, либо в других странах. И возникает ряд логистических и торговых вопросов, которые компания начинает решать, говорит он.

После того, как китайские госпредприятия приостановили операции и заключение новых контрактов с «Лукойлом» и «Роснефтью», ряд СМИ решил, что Китай отказывается от закупок российской нефти у подсанкционных компаний, отмечает Громов.

«На самом деле это не совсем так. Госкомпании ориентированы на директивы руководства и, соответственно, будут действовать ровно так, как им укажут сверху. Пока же госорганы вырабатывают позицию, как дальше взаимодействовать с Россией. А с учетом того, что Китаю нужна российская нефть, я более чем уверен, что будут сформированы каналы закупок российской нефти с подсанкционных проектов или у подсанкционных компаний на условиях, которые устроят и Россию, и Китай», — говорит эксперт.

Но, добавляет он, российские поставки в Китай до конца года все же снизятся, поскольку нефтяные резервы страны заполнены, и Пекин может позволить себе сократить импорт, а многие частные НПЗ уже исчерпали выделенные им на нынешний год квоты на импорт.

Громов полагает, что и индийские компании, включая Nayara Energy, продолжат закупки российской нефти.

«Какого-то резкого сокращения поставок на индийском направлении до конца года наблюдаться не будет», — считает он, и приводит в пример «Газпром нефть» и «Сургутнефтегаз». С зимы 2025 года компании находятся под блокирующими санкциями США, но Индия в течение всего года принимала санкционную нефть обеих компаний в достаточно значимых объемах, «до 12% экспорта российской нефти в эту страну».

Не следует забывать, что НПЗ в мире зарабатывают в среднем по $3−4 на каждом барреле переработанной нефти, а индийские переработчики российской нефти — $8−9, говорит эксперт.

«Если мы предоставим дополнительную скидку, то эта цифра может превысить $10 за баррель, — отмечает Громов. — Это очень большой уровень маржинальности, и, полагаю, Индия вряд ли от него откажется».