Перспективы партнерства России и Индии в энергетике

Алексей Белогорьев, директор по исследованиям и развитию Института энергетики и финансов прокомментировал Агентству нефтегазовой информации (Тюменская область) перспективы энергетического сотрудничества России и Индии.

Как отмечает Алексей Белогорьев, Индия перенимает у Китая роль ключевой, или, по крайней мере, одной из основных точек долгосрочного роста спроса на энергоресурсы.

«Для Индии по-прежнему характерны крайне низкие уровни душевого потребления многих товаров и услуг, в том числе изделий из пластика и автомобилизации. При этом, несмотря на бедность и даже нищету значительной части населения, в стране наблюдается и прогнозируется существенный рост доходов домохозяйств. Это приводит к увеличению численности относительно обеспеченных слоев населения и, как следствие, к росту потребления электроэнергии, нефтепродуктов и других энергоресурсов. Риски, связанные с „энергетическим переходом“, в Индии в целом ниже, чем в Китае и развитых странах, что обеспечивает дополнительную привлекательность нефтегазовых проектов, связанных с Индией», - сказал он.

По его оценке, для российского ТЭК Индия - прежде всего рынок сбыта не только энергоресурсов (нефти, угля, ядерного топлива, в перспективе - сжиженных углеводородных газов (СУГ) и СПГ), но и энергетических услуг и технологий. В качестве перспективных направлений он называет проект «Восток Ойл» и новые инициативы НОВАТЭКа, включая Мурманский СПГ.

«Экономически эффективным может быть и вложение в региональную транспортную и распределительную инфраструктуру Индии (на рынках газа и нефтепродуктов) при условии привлечения к ее проектированию, строительству и поставке материалов и оборудования российских компаний, а также „привязки“ будущего спроса к российским экспортным поставкам», - считает Алексей Белогорьев.

По словам эксперта, долгое время основным ограничивающим фактором для двустороннего сотрудничества выступала логистика - слишком большая географическая удаленность от российских портов по сравнению с Европой и Восточной Азией. Но с 2022 года РФ утратила доступ к большинству ближайших рынков, и транспортные затраты до Индии стали восприниматься как приемлемые. Подобной метаморфозы он ожидает и с экономикой экспорта СПГ после введения с 1 января 2027 года эмбарго в ЕС.

В этой связи Алексей Белогорьев напоминает, что Индия - высококонкурентный рынок, где присутствует множество крупных экспортеров углеводородов.

«Характерно, что, потеряв в марте 2026 года поставки СПГ из Катара и ОАЭ, Индия смогла быстро восполнить их закупками в Африке, Северной и Южной Америке, несмотря на острый дефицит на мировом рынке. У европейских стран и Китая этого не получилось, а Нью-Дели смогла, - отметил эксперт. - К тому же индийские импортеры высокочувствительны к санкциям. Это уже приводило зимой к обвальному снижению закупок российской нефти. С марта, из-за кризиса в Персидском заливе, ее импорт, напротив, бьет рекорды, но не исключено, что это лишь временное явление в ответ на фактическое ослабление антироссийских санкций США».

Сейчас задача российских экспортеров, по мнению эксперта, - не просто выйти на индийский рынок, но и надежно закрепиться на нем с учетом механизма обхода санкций третьих стран.

Алексей Белогорьев обращает внимание на то, что в части высоких технологий основным направлением сотрудничества остается атомная генерация, в том числе атомные станции малой мощности (АСММ).

«Индия, естественно, заинтересована в локализации производства российского оборудования. Страна сохраняет амбициозную цель достичь в будущем самообеспеченности ядерным топливом за счет использования тория, по запасам которого, в отличие от урана, она является одним из мировых лидеров, - отметил эксперт. - Росатом и индийские ученые уже изучают возможность прямого его использования внутри российских реакторов ВВЭР. Кроме того, мощные российские энергоблоки существенно ускоряют развитие ториевой энергетики на индийских станциях за счет масштабного производства отработавшего ядерного топлива - необходимого сырья (через извлечение плутония) для ториевого цикла».