Алексей Громов, главный директор по энергетическому направлению Института энергетики и финансов прокомментировал деловому изданию Forbes влияние возобновления войны на Ближнем Востоке на перспективы российской нефтяной отрасли.
Перемирие между Ираном и США на сегодня сведено к нулю: стороны поспешили заявить об успехах, но на самом деле по принципиальным вопросам не договорились, говорит Алексей Громов.
Когда 18 июня США сняли блокаду с портов Ирана, а 22 июня выдали ему экспортную лицензию, казалось, что Тегеран сможет продать максимальное количество нефти, и на рынке образуется переизбыток, напоминает эксперт. Но уже 7 июля лицензию отозвали, а с 14 июля была восстановлена блокада морских портов. Иран не сможет больше вывозить свою нефть, а США вряд ли способны обеспечить защиту судов других стран в части Ормузского пролива, которая относится к территориальным водам Омана.
По его словам, ситуация на нефтяном рынке может вернуться к той, что была до перемирия, в апреле-мае, и, если конфликт продолжится, цены на нефть уже через неделю могут подняться выше $90 за баррель. Может быть и хуже: стратегические и коммерческие запасы, выделенные Международным энергетическим агентством (МЭА), чтобы купировать рост цен, израсходованы, а страны, их предоставившие, пока не смогли пополнить хранилища.«Похоже, окно возможностей для Ирана закрывается, — говорит Громов. — На сколько, сейчас никто не знает. Ожидается, что в ближайшие недели будут распроданы те 60–70 млн баррелей иранской нефти, которые уже вышли из пролива и направляются к покупателям либо ищут их».
«Поэтому можно ожидать увеличения дефицита нефти на рынке и подъем цен к $100 за баррель уже в августе, — отмечает Громов. — Дальше прогнозировать смысла нет, учитывая опыт прошлых месяцев, когда ситуация несколько раз разворачивалась на 180°».
Что будет с российским экспортом
Если иранские порты не будут разблокированы, новых партий нефти оттуда Индия не получит, говорит Громов. Он напоминает, что, как только была снята блокада с иранских портов, Тегеран начал активно предлагать свою нефть не только Китаю, который всегда покупал с большой скидкой, а и новым покупателям, в том числе Индии, и какие-то объемы эта страна уже закупила. Если блокада сохранится, Индия будет думать, кто может заместить иранские поставки, и не исключено, что выберет Россию.
Пока не будет распродана вся находящаяся в море российская нефть, дальнейший рост экспорта не ожидается, считает Громов. Кроме того, добавляет он, быстро увеличить поставки нефти не позволит добыча, которая не растет.
Согласно последнему обзору ОПЕК, добыча нефти в России в июне составила 8,9 млн б/с, снизившись на 0,7% с мая и на 1,3% с июня. Bloomberg отмечает, что июньский показатель — самый низкий с февраля 2024 года, когда ОПЕК стала публиковать ежемесячные показатели добычи в России. Тогда Россия добывала 9,41 млн б/с, к июню 2026-го добыча снизилась на 5%.
Кардинального изменения ситуации с добычей в ближайшие месяцы ожидать не стоит, говорит Громов. Вертикально интегрированные нефтяные компании (ВИНК) не спешат в нее инвестировать, во-первых, потому что опасаются, что вложения не окупятся, а во-вторых, у них сейчас другая головная боль — приведение в порядок нефтепереработки, а это требует значительных средств, отмечает он.
Есть еще один фактор, который может повлиять на экспорт российской нефти, напоминает аналитик. По сообщению CNN, Трамп одобрил пакет антироссийских санкций. Если Конгресс примет последнюю версию законопроекта, то на товары из стран, покупающих российскую нефть, Китая, Индии, Словакии, Венгрии и Азербайджана, введут 100% пошлины. В этом случае, говорит Громов, Индии придется приобретать более дорогую нефть из Бразилии, Анголы и Нигерии. Китай же, по мнению Громова, продолжит покупать российскую нефть примерно в тех же объемах, что и раньше — около 1 млн б/с.
Подпишитесь на обновления
и узнавайте первыми о новых публикациях