Газовая туманность. "Национальному достоянию" грозит технический дефолт?

Главный директор по энергетическому направлению Алексей Громов дал комментарий интернет-порталу «Накануне.ру» о ситуации с недозагруженностью российских экспортных газопроводов.

Алексей Громов, руководитель энергетического департамента фонда «Институт энергетики и финансов», считает, что у России пока есть время для повторного «вписывания» и прописки на рынке Европы, который для нас остается ключевым. И в Азии никто, особенно в Китае, не собирается отказываться от поставок из России.

«По „Силе Сибири“ ситуация выглядит не как „китайцы не хотят покупать наш газ“, а ровным счетом наоборот. У нас в силу разных причин „просела“ ресурсная база, призванная обеспечить реализацию этого проекта, и запасов того же Чаяндинского месторождения недостаточно для исполнения заявленного в рамках действующего контракта графика поставок российского газа в Китай. КНР, повторюсь, заинтересована в дешевом российском газе и готова его покупать в согласованных объемах, а вот у нас пока, к сожалению, не получается обеспечить эти объемы. Что касается „Голубого“ и „Турецкого потока“, то да, поставки газа по ним в настоящее время практически остановлены, и связано это опять-таки с целым комплексом объективных причин», — указывает собеседник.

Первое — из-за пандемии коронавируса произошло «притормаживание» экономик и ЕС, и Турции. Вторая причина — объективно в летний период поставки газа всегда снижаются. Здесь еще и повторяется история с поставками нефти на европейский рынок: если нефть сильно «просела» в марте—апреле, то с поставками газа происходит сейчас то же самое. Плюс заполненные газовые хранилища. Таким образом, заявленные ранее объемы газа, включая российский газ, оказались невостребованными на рынке Европы и Турции.

Разумеется, мы не могли не поинтересоваться, нет ли в таком поведении Турции политики и геополитики? Некоторые утверждают, что ситуация с поставками резко изменилась в том числе из-за обострения армяно-азербайджанского конфликта в последние недели, из-за ситуации в Сирии и Ливии. Где Россия и Турция зачастую имеют разнонаправленные интересы.

«Любой крупный энергетический проект — это всегда геополитика. И сейчас мы видим, что европейские потребители начали переход к „зеленой энергетике“, в том числе стараясь обеспечить собственную ресурсную самодостаточность. Думаю, что комфортный период для „Газпрома“ как крупнейшего поставщика газа в Европу все-таки подходит к концу, — прогнозирует Громов. — Другое дело, что руководители газового монополиста сегодня также видят эти проблемы и готовы, так сказать, предлагать европейским партнерам новые продукты, например, метан-водородные смеси. Что позволит, кстати, в какой-то степени использовать существующую трубопроводную инфраструктуру для поставок из России в ЕС. Однако у нас есть не более 7–10 лет, чтобы совершить этот маневр и выстроить новую систему энергетических отношений России и Европы в период энергетического перехода к низкоуглеродной энергетике будущего».